Йэн Ашер - Человек, который продал жизнь на eBay

Саймон в Лондоне написал обещанную статью и в тот же день предложил ее паре британских еженедельных газет. Он позвонил и сказал мне, что свой интерес выразили и The Sun и The Telegragh, но пока не ответили ничего определенного. Из The Daily Mail пришел отказ, и он как раз собирался предложить свою статью местной газете того города, где я прежде жил, The Northern Echo.

На следующий день с этой статьей вышла только The Northern Echo, которая отдала под нее всю третью страницу. Материал был дополнен фотографиями и информацией с моего веб-сайта, который только накануне вышел онлайн. Кроме того, газета выложила полную версию статьи на своем веб-сайте.

Я воодушевился, хотя меня одновременно слегка разочаровало то, что не удалось договориться с The Sun – газетой, у которой самая большая читательская аудитория из всех англоязычных газет. Да, вот это была бы реклама, думал я. Что ж, по крайней мере нам удалось взять успешный старт.

Я и представления не имел, что́ на меня посыплется дальше!

Вскоре после того как статья вышла в The Echo, Саймон позвонил и сказал, что ею заинтересовались некоторые британские газеты национального масштаба, и спросил, может ли он дать им мой телефон. Ха, еще бы!

Чуть позже телефон снова зазвонил, и оказалось, что я разговариваю с репортером из The Independent. Я здорово обрадовался и с удовольствием рассказал ему историю о том, «как дошел до жизни такой». Интервью произвело на меня очень позитивное и волнующее впечатление.

Не успел я дать отбой, как телефон зазвонил вновь, и еще один репортер – на сей раз из The Sun, задал мне примерно тот же набор вопросов, что и первый. Дела шли гораздо лучше, чем я мог надеяться, и если бы эти две газеты опубликовали статьи обо мне, это означало бы потрясающую рекламу.

Утром в понедельник по британскому времени, когда в Перте был полдень, Саймон позвонил снова. Он с удовольствием объявил мне, что статьи вышли и в The Telegragh, и в The Daily Mail, хотя ни из одной из этих газет мне не звонили. The Independent и The Sun тоже опубликовали заметки после интервью, взятых у меня на выходных, так что в общей сложности обо мне заговорили по меньшей мере четыре британских национальных ежедневных издания. Все складывается как нельзя лучше, думал я!

Потом мне звонили из еще нескольких британских газет, а также из австралийского журнала WHO. Но, несмотря на весь этот ажиотаж, я все равно оказался не вполне готов к следующему звонку, поступившему от продюсера австралийской утренней телепрограммы Sunrise. Они хотели, чтобы я приехал к ним на следующее утро и появился вживую в их программе, выходящей примерно в 8 утра. Разница во времени между Сиднеем и Пертом означала, что мне нужно было быть в студии примерно в 5.30!! Ради телевидения мне даже пришлось отказаться от мысли поучаствовать в праздновании Дня Святого Патрика!

Я уехал в студию без нескольких минут пять. Там меня встретил оператор и проводил в здание. Меня поразило, насколько пустым и тихим оно оказалось. В студии находились только я и оператор. Звукорежиссер приладил мне наушники и микрофон, а потом снова скрылся в соседнем помещении за маленьким звукорежиссерским пультом. Кроме охранника, который впустил меня в студию, я не видел поблизости ни одной живой души. Я сидел на стуле за столом, на фоне задника с панорамой Перта, нервно глядя в огромную камеру, направленную мне в лицо, и слушал через наушник живой эфир передачи. Должен признаться, я чувствовал себя очень скованно, но эмоции зашкаливали. Мне то и дело приходилось делать глоток воды из стакана, стоявшего сбоку. Наконец в наушнике раздался голос продюсера из Сиднея, который спросил, хорошо ли мне слышно, и сообщил, что прямой эфир начнется через 30 секунд.

Я попытался расслабиться, но никак не мог унять нервную дрожь, – и вот я уже в прямом эфире, болтаю с телеведущими Мел и Коки! Я чувствовал, что справился неплохо, ни разу не запнулся и не споткнулся, а каверзных вопросов мне великодушно не задавали. Какие-нибудь пара минут – и все кончилось.

К 6.30 я уже вышел из студии и отправился навестить Мел, которая жила неподалеку. От возбуждения у меня кружилась голова – я только что появился в живом эфире на телевидении всего восточного побережья Австралии, а еще через час меня покажут в Перте! Мы вместе с Мел включили телевизор, посмотрели, как я появился на экране в 8 утра, и поздравили друг друга с хорошо сделанной работой. Вот теперь нам действительно удалось добиться для аукциона неплохой рекламы!

Моей следующей остановкой на пути домой был магазин ковров. Дженни была в восторге от передачи, а вот Деннис нашел для меня пару хорошо взвешенных критических замечаний: «Ты выглядел чересчур серьезно. Словно палку от метлы проглотил! Расслабься и получай удовольствие». Я обдумал этот совет и решил: да, все это и задумано было как удовольствие, и если мне когда-нибудь еще раз представится подобный шанс, я постараюсь насладиться «моментом славы» как можно полнее.

К тому времени как я добрался домой, автоответчик моего домашнего телефона был переполнен и больше не мог принимать новые сообщения. Уехав от Мел, я снова включил свой сотовый, и он почти сразу же принялся трезвонить. На нем тоже высветилось сообщение, что почтовый ящик переполнен.

Дома я включил компьютер и решил проверить папку «входящих» в своей электронной почте. Для загрузки входящих сообщений потребовалось немало времени, а когда они все-таки загрузились, оказалось, что их там свыше 1000! Пока загружалась почта, оба моих телефона снова звонили наперебой. Я пытался прочесть как можно больше электронных писем, но это оказалось почти неподъемной задачей. Как только я нажимал кнопку отбоя на одном телефоне, звонил другой. Потом они и вовсе стали звонить одновременно, и я в результате отключил домашний телефон и отвечал только на звонки мобильного.

Вскоре мне представился еще один шанс отточить технику телевыступлений. На следующее же утро меня пригласили участвовать в еще одной австралийской утренней телепрограмме, за которой в тот же день последовало живое включение в утренней программе в Великобритании. Я старался вести себя в обоих случаях как можно свободнее, и моя подруга Карен потом сказала, что я выглядел очень уверенно и естественно. Все это начинало доставлять мне настоящее наслаждение, и единственное, что вызывало у меня легкую панику, – это оставленные без ответа электронные письма и телефонные сообщения.